НЕ БЛИЗКО ЛЕЖАЛО — НЕ БОЛЬНО БОЛЕЛО. В одном небольшом городке жила мать с дочерью. Мать — вдова…

998

В одном небольшом городке жила мать с дочерью. Мать Галина Петровна, вдова, порядочная и работящая женщина, воспитывала дочку Веронику. Девочка с раннего детства отличалась своевольным и непослушным характером. С ней трудно было сладить. В школе она дралась с одноклассниками, дерзила учителям. Девочка росла, и вместе с ней росло ее самовольство и несговорчивость. Будучи подростком, она очень скоро свела знакомство с дурной компанией, рано начала курить и употреблять спиртное. Ничего и никого не боялась. В четырнадцать лет она уже состояла на учете в детской комнате милиции. Галина Петровна предпринимала всевозможные меры, чтобы повлиять на дочь – ничего не помогало. Она с ужасом думала о том, что из дочери растет отброс общества. Пыталась понять, когда в какой момент она совершила ошибку в воспитании дочери. Правда, в глубине души еще теплилась надежда, что дочь подрастет, перебесится и станет хоть немного лучше. Но чем дальше, тем яснее женщина понимала всю тщетность своих надежд. С каждым годом ситуация менялась только в худшую сторону.
Однако, когда Веронике исполнилось восемнадцать лет, она привела домой парня. Познакомила его с матерью. Галина Петровна молилась всем святым, чтобы это было серьезно, а не просто мимолетное увлечение. Утопающий, как известно, хватается за соломинку. Так и мать надеялась, что дружба с парнем, который, кстати, произвел на нее очень хорошее впечатление, образумит дочь. Вероника, и в самом деле, немного остепенилась. Стала более покладистой. Видно было, что Юра ей нравится, и сама она хочет ему нравиться. У Галины Петровны за всю ее жизнь первый раз на сердце было радостно. Вероника с Юрой дружили очень хорошо.
И вот, в один прекрасный день они объявили Галине Петровне, что хотят пожениться. Только сразу же сказали о том, что никакой свадьбы не будет. Галина Петровна спросила, почему. Но молодые люди не ответили ничего вразумительного. Женщина, подумав, пришла к выводу, что родители Юры будут против. Да не против свадьбы, а хуже – против Вероники. Городок небольшой, все всех знают. Ну, конечно, не все и не всех, но такого ананаса, как Вероника, полгорода знало точно. И так матери это было обидно… Да не за Веронику – за себя. Разве она хоть раз в жизни подала дочери плохой пример? Разве она не боролась за нее? Да про саму Галину Петровну никто слова плохого не скажет. Муж умер рано, когда Веронике было всего 10 лет. Много раз к женщине сватались мужчины, но она и мысли не допускала привести в дом отчима для своей дочери. И на работе была в числе лучших. А вот наступило время, и она от стыда не знает, куда глаза девать. А за что ей такое? И решила Галина Петровна высказать дочери свою обиду.
— Вероника, а почему вы, все-таки, не хотите сыграть свадьбу? Ну пусть не пышную, но хоть скромную? Все же, важное событие.
— Ты что, придуряешься, или, действительно, ничего не понимаешь? – вспыхнула Вероника.
— Да чего мне придуряться? Я тебя серьезно спрашиваю!
Хотя чего греха таить. Мать хотела, чтобы дочь, хоть раз в жизни, раскаялась в своем поведении.
— Да Юрка родителям боится даже намекнуть, что хочет на мне жениться. Он же у них – паинька, примерный сын. Не пьет ,не курит, по магазинам бегает, тапочки подает. И вдруг приведет в дом такую шалаву, как я! Да они сразу трупами лягут. Вот мы и хотим пожениться, чтобы никто не знал. А поженимся – ничего они не сделают.
Галина Петровна слушала речи дочери, опустив головушку. Такого срама она не заслужила. Такого позора, что даже сватов люди заслать побрезгуют! И не нашлось у нее таких слов, чтобы хоть что-то ответить дочери. Единственное, что она сказала:
— Я тебя понимаю. Но прошу тебя на коленях: не разбей жизнь парня! Не сломай ему судьбу! Это зависит только от тебя. А станешь нормальным человеком – всем рот закроешь.
Юра с Вероникой поженились. Настолько скромно, что скромнее и придумать нельзя. Не было даже свидетелей. У Вероники не нашлось ни одной подружки, которую не стыдно было бы людям показать. А друзья Юры все, как один, отказались быть свидетелями. Потому что они , узнав, что Юра собрался жениться на этой шаболде, уговаривали его не сходить с ума и не портить себе жизнь. Юра сказал, что все равно женится на ней, потому что любит. И еще сказал он друзьям, что верит, что Вероника образумится. Просто никто никогда не хотел протянуть ей руку помощи, а все только осуждали ее. Тогда друзья сказали, что никто из них не будет свидетелем, так как считают для себя унизительным свидетельствовать рождение новой семьи.
— Да пойми ты, дурак, никогда она не изменится. Она со школы ни одного дня не пыталась стать нормальной девчонкой. По городу с сигаретой да с пивом ходила. Мы, честно сказать, поначалу, узнав, что ты с ней дружишь, подумали, что ты рехнулся. Да ни один, уважающий себя пацан, с ней даже рядом не пройдет! А ты – жениться! Остановись, пока не поздно!
Но Юра не послушал никого.
Прошло два года. У Юры с Вероникой родилась дочь Алечка. Хорошо ли они жили? Как сказать? На первый взгляд, вроде бы ничего. Правда, матерью Вероника была так себе. Когда Алечка просыпалась ночью, Вероника всегда сердилась. Её раздражало, что у ребенка часто болел животик. Когда ребенку было только два месяца, Вероника несколько раз лупанула ее по попке со всей руки. Юра сказал, чтоб это было в первый и в последний раз:
— Ты что творишь? Разве ребенок виноват, что у нее животик болит?
— А я что, железная всеми ночами скакать? Ты-то уйдешь на работу, а я с ней таскаюсь, как с болячкой.
— Бесстыжая ты. Я же не на гулянку ухожу! Я от тебя и так не больно чего требую. Еду ты толком не готовишь. Дома всегда срач. Но я понимаю, что ты с ребенком устаешь, и ничего у тебя не прошу. У других женщин тоже дети есть, но они как-то успевают и по дому что-то делать.
— Ну и поищи себе такую домовитую! Чего ты со мной маешься?
После таких стычек Юра замолкал.
Время шло, Алечка подрастала. Уже и животик ее не мучил, а дома ничего не менялось. В квартире постоянно был беспорядок. Правда к Юриному приходу Вероника готовила еду. Но отношения между молодыми родителями день ото дня становились все хуже. Почти враждебные. Очень заметно было, что Вероника томится дома. Подруг нет, даже в гости сходить не к кому. Иногда ходили гулять с коляской, но это было единственным развлечением в их жизни.
По выходным приходила в гости Галина Петровна. Она краснела от стыда за дочь. За то, что та не стремилась вить уютное гнездышко. А родители Юры вообще никогда не приходили. И внучку ни разу не видели. Когда Юра с Вероникой расписались, они пошли к Юре домой. Родители, как увидели избранницу Юры – чуть в обморок не попадали.
— Никого более приличного не нашлось? Ты кого это привел в дом? Убирайтесь, и забудьте сюда дорогу! – проговорила мать, глядя исподлобья .
С тех пор Юра с Вероникой ни разу у них не были. С Галиной Петровной Вероника тоже не хотела жить, и та разменяла свою трехкомнатную квартиру на две однокомнатные, и они разъехались.
Когда Алечке исполнилось два года, ее устроили в ясли. Вероника сказала, что будет устраиваться на работу. Вскоре она нашла место – продавцом на рынке. Галина Петровна немного обрадовалась. Молодой семье не хватало денег, которые зарабатывал Юра, и приходилось помогать. «Теперь, думала она, полегче будет». Да не тут-то было. Вероника получала расчет каждый день. И начала она приходить домой выпивши. Юра сначала ругался. Потом стал запрещать Веронике работать. Это было после того, как она зимой пришла, в очередной раз, выпивши.
— А ты сам постой целый день на морозе! Все продавцы бегают в кафешку выпить сто грамм!
— Так уходи с такой работы, где ты каждый день так «греешься»! А то ненароком совсем сопьешься! – заорал Юра.
— Какой же ты нудный! Как ты мне надоел! Зудишь, зудишь каждый день, всё тебе не ладно! – прошипела Вероника.
— Так это ведь правда! Ты как пошла работать, так каждый день под парусами домой идешь! Ни один муж такого не потерпит! И я не буду терпеть!
— Не терпи! Никто тебя не заставляет!
Подбежала к шкафу, вытащила большую сумку, сбросала в нее Юрины вещи:
— Проваливай! Живо! Это моя квартира! Так что прошу освободить!
— Ты что делаешь? О ребенке подумай!
— Подумаю, подумаю, только без тебя. Да я тебе уже давно хочу сказать, что ты мне надоел, как собака! Наша постель для меня – пыточная! Ты мне опротивел до блевотины! Едва терплю тебя! Лучше по-хорошему вали!
Услышав такое, Юра взял сумку и ушел, хлопнув дверью.
Галина Петровна узнала об этом не сразу. А когда узнала – несколько дней не могла опомниться. «Ну, теперь началась веселая жизнь!.. Господи, за что ты меня так мучаешь? Чем я тебя прогневила, что не даешь мне головы поднять?»
Наступило лето. Вероника так и работала на рынке. С Юрой они развелись. Потом до нее дошли слухи, что он тоже пить стал. А еще позже она узнала, что он, переходя дорогу, пьяный попал под машину и погиб.
«Ну и черт с ним!»- подумала Вероника. Ей уже надоело работать на рынке. Зарабатывала она там мало, а каждый день собираться да идти на работу было лень. И она ушла. Свою квартиру она превратила в притон. Базарные подружки после работы собирались у нее, приносили с собой пиво и водку. Устраивали там пьянки, часто скандалили и дрались. В детском саду Веронику ругали воспитатели за то, что ребенка она приводит грязного, не причесанного, не выспавшегося.
И Галина Петровна решила забрать Алечку себе. Сама в садик водила, стирала, кормила девочку. Она очень любила внучку. Ребенок был единственной отдушиной в жизни женщины. Часто к Галине Петровне приходила сестра. Вместе они горевали над её несчастной судьбой. Только Алечка радовала. Девочка росла смышленой, очень послушной. Воспитатели не могли нарадоваться на нее. Такой замечательный ребенок! Девочке исполнилось уже четыре года.
Однажды осенью Галине Петровне пришлось выйти на работу в выходной. Она отвела Алю к Веронике и сказала, что после работы заберет девочку. После работы Галина Петровна спешила за Алечкой. Погода была ужасная: дождь, ветер. Когда она подошла к Вероникиной квартире, она сразу почувствовал неладное: дверь была приоткрыта а в квартире было тихо.
Зайдя в квартиру, она включила свет, увидела картину: на полу валялась пьяная в стельку дочь, а ребенка не было. Подскочив к Веронике, она начала с остервенением трясти её, но та в ответ только мычала что-то невнятное. Тогда ,в ярости, она начала пинать дочь, пытаясь разбудить. Но все было напрасно. Тогда Галина Петровна побежала к соседям спросить, не знают ли они, где ребенок. Но те ничего не знали. Сказали только, что видели, как Вероника с девочкой выходили на улицу. Галина Петровна попросила разрешения позвонить в милицию. Дежурный ответил, что высылает наряд на этот адрес. Галина Петровна, набрав в ведро холодной воды, обливала Веронику. Та, наконец, очухалась, села.
— Где ребенок?
— Не знаю… Отцепись…
— Куда дела ребенка, сволочь?
— Говорю же – не знаю…, — промычала Вероника и снова завалилась.
Тут, как раз подъехала милиция. Оперуполномоченный грубо растолкал пьяную:
— Отвечай, где ребенок, иначе сейчас тебя в обезьянник отвезу!
Вероника села и стала с трудом соображать:
— Я отдала Альку цыганке за три пузыря водки.
— Какой цыганке?
— Да откуда я знаю… Помню, что какой-то цыганке…
— Одевайтесь, — сказал опер Галине Петровне.
Затем скомандовал:
— Поехали! Быстро!
Поехали в цыганский поселок, который находился в частном секторе на окраине города. Подъехали к дому цыганского барона. Опер вызвал его за ограду:
— У кого русский ребенок? Девочка четырех лет?
— Да что ты, командир? Знать не знаю!
— Понятно. Сейчас пойдем с обыском по всем домам. Будем искать наркоту.
Включив рацию, он сказал:
— Дежурный? Срочно взвод ОМОНа в цыганскую слободу!
Барон заговорил быстро-быстро:
— Подожди, начальник ! Тут ромалэ говорили, что Джульетта сегодня ходила с русским ребенком. Ехай к ней, может эта девочка и есть?
— Дежурный, отбой! – дал опер команду по рации.
Посадили они барона в машину и поехали к дому цыганки Джульетты. Опер с бароном пошли в дом и минут через десять вышли с Алечкой и с цыганкой.
— А тобой я еще займусь, Михай! Не рад будешь!
А Галина Петровна, схватив девочку на руки, рыдала:
— Детонька моя несчастная! Крошиночка моя! Дожила ты, моя деточка, что тебя мать родная за водку продала!
Дождавшись, пока выйдет цыганка, все сели в машину и поехали в город.
В понедельник Галина Петровна стала хлопотать об опеке над Алей. Себе она поклялась, что ребенок больше никогда не увидит Веронику.
Потом был суд. Дали Веронике четыре года. И это было последнее, что Галина Петровна знала о своей непутевой дочери.
Оформив опекунство над внучкой, Галина Петровна начала продумывать свою жизнь. Она поклялась, что Аля никогда не увидит больше свою мать. А чтобы девочка не считала себя безотцовщиной, она скажет ей, что мать умерла. Пошла она на кладбище, нашла заброшенную могилу, написала на кресте имя «ВЕРОНИКА», почистила, подровняла могилу. Потом привела туда Алю и сказала, что мама умерла, а это мамина могилка.
— Давай будем ухаживать за ней. А чтобы мама спала спокойно, будем рассказывать, как мы живем, да какая ты растешь хорошая да умная девочка. Будем рассказывать, чем мы занимаемся, куда мы ходим. Вот мама и будет спать спокойно вечным сном.
Так они и делали. В выходные ходили на кладбище и рассказывали о своей жизни.
Алечка росла очень хорошей девочкой. Хорошо училась, была послушной и разумной. И вот, когда девочке исполнилось пятнадцать лет, по почте приходит письмо. В письме было написано, что Галина Петровна вместе в Алей приглашены на ток-шоу, где их ждет очень приятный сюрприз. Ничего не понимая, Галина Петровна пошла к сестре и показала письмо:
— И что ты посоветуешь? Ехать нам на это шоу или нет?
— Да поезжайте, конечно! Тем более, что дорогу оплатят. Я тоже поеду с вами.
В назначенный день сестры, вместе с Алей, явились в студию. Сначала их попросили рассказать, как они живут, чем занимаются. Потом ведущий программы спрашивает Алю:
— Скажи Аля, ты знаешь, где твоя мама?
— Знаю, — отвечает девочка. –Мама умерла, когда мне было четыре года. Мы с бабушкой ходим на кладбище, ухаживаем за могилкой. Мы рассказываем маме, как мы живем, как я учусь и чем занимаюсь.
— Аля, мы приготовили для тебя сюрприз. Встречай свою маму Веронику!
Из боковой двери в студию вошла испитая, с одутловатым лицом, худая страшная женщина без одного глаза.
Галина Петровна лишилась дара речи. Кто это позволил устраивать такие сюрпризы? Собравшись с мыслями она строго спросила у ведущего
— По какому праву вы решили устроить этот цирк? Что это за чудовище? Как вы смеете утверждать, что это моя дочь? Моя дочь умерла!
Женщина подошла к Галине Петровне и сказала:
— Мама! Прости меня! Если я была виновата перед вами, то я уже свое получила!
— Да что вам от нас нужно? Кто вы такая? Да я вас знать – не знаю! Отойдите вы от меня!
— Мама! Ну перестань притворяться! Ты же прекрасно знаешь, что я – Вероника.
— Галина, да уж прости ты ее! – раздался голос Галининой сестры. – Это я написала письмо на передачу. Хотела, чтобы тебя вся студия попросила простить дочь!
Гости передачи стали в микрофон призывать Галину Петровну простить Веронику. Говорили, что надо уметь прощать. Вероника и так уже получила по заслугам – отсидела четыре года в тюрьме, потеряла глаз. Надо ее простить!
— Давайте аплодисментами попросим Галину Петровну и Алю простить Веронику! – с задором радостного кретина призывал ведущий. Студия азартно аплодировала. Все ждали, что вот сейчас мать простит свою дочь, а у девочки, наконец, появится мать.
Галина Петровна встала и громко сказала:
— Конечно, надо прощать! Но не все можно простить! А моя дочь умерла! Пошли, Аля! И, взяв девочку за руку, вывела её из студии.

ПОНРАВИЛОСЬ? ПОДЕЛИТЕСЬ!

источник