— Почему я должен выкручивать яйца себе, чтобы твой брат не выкручивал свои? – кричал на жену Алексей.

1373

— Почему я должен выкручивать яйца себе, чтобы твой брат не выкручивал свои? – кричал на жену Алексей.
— Не говори так!
— Не говорить, как?
— О моем брате…
— Мне не говорить о твоем старшем брате, о твоей сестре, о твоем младшем брате, о твоих родителях. – Алексей понял, что зря упомянул младшего брата, так как он самый путевый, но в разгар ссоры отступать не хотелось.
— Да что ты о них знаешь!? – крикнула в ответ Аня.
— Я знаю то, что твой старший брат, имея десятилетний стаж в супружестве, ничего кроме долгов не нажил. Даже детей у них нет. Два взрослых работающих человека, имея квартиру и не имея детей, живут от долга к долгу. Знаю, что твоя сестра нигде не работает, не учится и часто просит у тебя денег. Знаю, что родители твои меня ненавидят и им как бальзам на душу, когда у нас дела идут плохо. Это я точно знаю, — закончил Леха, в этот раз, не упомянув про младшего, Диму.
— Но у нас ведь есть деньги, — сказала жена жалобным тоном.
— Есть. Но я не дам.
— Почему?
— Все, тема закрыта. Не дам и все. Тысячу раз уже объяснял.
Алексей вышел на балкон, где жадно затянулся сигаретой. Уж очень ему непривычно было находиться в квартире. Семь лет уже живет в городе, а душа все равно в деревне. Вот сейчас бы, вышел во двор, наколотил бы от злости дров – и горячка бы отошла и дело бы полезное сделал. А тут, сиди в четырех стенах и злись непонятно на кого. Держи свою злость в себе и варись в ней.
Нет, деревня лучше, — закончил он и размазал бычок о стеклянную пепельницу.
Весь вечер супруги не разговаривали.
Алексей таил злость на Аню, хотя понимал, что она ничем не провинилась. И лишь, перед тем как лечь спать, сказал:
— Ладно, дам денег. Но это в последний раз.

Естественно – это был не последний раз. Спустя два месяца брат Ани, Игорь, снова попросил деньги, едва отдав предыдущий долг. И снова разговор завязался тем же узлом.
— Они пользуются тобой, чтобы только до меня добраться, — выдавил Алексей, сдерживая себя.
— Лена сказала, что Игорь устроился на новую работу и пока он не освоился, у них возникли сложности.
— Новая работа? Где-то я уже это слышал. Ах да… два месяца назад я это слышал.
— Ему тяжело. Ты ведь не хочешь его брать к себе.
— Да кому он нужен, работник такой. Пробовали уже. Ему лишь бы отбарабанить быстрее и домой к жене и пиву.
— Он не такой.
— Аня, не заводи меня и сама не заводись.
И снова Алексей, сдал позиции и дал денег брату, хотя клялся и божился, что больше ни копейки не даст. Но жалобные взгляды жены, вновь растрогали черствое сердце мужа.
— Ну вот, видишь, они к тебе хорошо относятся, — сказала Аня после поездки к ее родителям, где собралась вся семья.
— Ага, — только и сказала Алексей.
— Ну чего ты опять грустный?
— Ты готова выслушать правду?
— Да, — смело ответила она и тут же испугалась, зная, что разговор будет неприятным.
— Хозяин барин. Все эти натянутые улыбки и мнимые любезности бесят меня еще больше. Лучше бы ненавидели, чем так любить. Знаешь кого мне жалко больше всего?
— Кого?
— Диму. Я боюсь за него. Реально боюсь, что они затащат его туда же, где сидят сами.
— Нет, такого не будет. Он умный мальчик.
— Время покажет.
И время показало.
Дима, едва окончив школу, устроился на работу, потому как учиться не было денег. Алексей поговорил с ним и тот сказал ему, что год будет впахивать как вол, а к следующему году, подкопив деньжат, будет поступать.
— Извини меня конечно, — сказал ему Алексей, — но если ты останешься со своей семьей, то у тебя ничего не выйдет.
Дима ничего не ответил. Он лишь покраснел. Ему было стыдно за свою семью и стыдно за правду, которую только что услышал.
— Я знаю, — сказал он чуть погодя.
— Я и сам много раз уже говорил себе, что не буду одалживать, но на меня со всех сторон наседают и вот, я снова даю в долг.
— А как по-другому?
— Не давать.

Прошел год, но Дима и не думал увольняться, потому как не успел накопить нужную сумму. Игорь больше не просил в долг, и Алексей точно знал причину этого.
Появилась новая жертва, у которой всегда можно занять деньжат, используя авторитет старшего брата.
— Ну как дела? – спросил Алексей Диму.
— Нормально.
— Учиться собираешься?
— Собираюсь.
— И долго собираться будешь? – сменил он тон.
— Вот, скоро, поступать думаю… — Дима мялся, ему хотелось уйти от этого неприятного разговора.
— Давай на чистоту. Я не хочу тебе зла. Наверное, я единственный, кто не хочет тебя обмануть или присвоить твои кровные. Если ты останешься с семьей, то у тебя ничего дельного не выйдет. Помнишь, мы уже говорили об этом. Ситуация, как видишь, не изменилась. К тебе ведь часто Игорь заходит?
Дима не ответил.
А ответа и не надо было. По глазам все видно.
— Я так и думал, — продолжил Алексей, — Я бы тебе предложил съехать к нам. Но тебя вряд ли родители отпустят. Хотя от них я бы тебя тоже отгородил.
— Съехать? – его глаза засияли.
Да, несладко ему там живется, — подумал Алексей.
— Ага. Если уговоришь, то наши двери для тебя открыты.
А спустя всего лишь три дня, вся семья только и говорила о том, что Алексей, переманивает Диму на свою сторону. И снова эти разговоры с женой, и косые взгляды новоявленных родственников.
Алексею уже изрядно надоели постоянные склоки, и хотелось бы раз и навсегда поставить точку. Жирную точку, которая решит все проблемы и все расставит по своим местам.
— Скажи, что он тебя переманивает. – Наседала мать на семейном собрании, где естественно были все кроме Алексея и Ани.
— Не было этого. Он всего лишь предложил.
— Он всего лишь предложил, — повторила мать и посмотрела на отца. – Это тебе кажется, что он предложил, а на самом деле он хочет от тебя одного. Будешь жить у них как прислуга.
— Послушай, что мать говорит, — поддержал Игорь. – Мне тоже он не нравится. Только и живет ради денег. Копит их копит, а куда девает, не понятно. Ездит на развалюхе. А ты телефон его видел? Я когда звоню ему, всегда боюсь, что он у него в руках развалится. И чего Анька связалась с ним.
— Во-во, — подтвердила мать, — знала бы, куда моя дочь попадет, никогда б не отдала. А теперь она вон мучается. Ты видел, сколько она плачет? Откуда ж ты видел. А мне она жалуется. Говорит, нервов уже не хватает. Она-то ладно, дуреха была, а ты ведь умный парень. И сам с головой туда лезешь. Не пущу! – закончила мать.
— А меня они даже с Днем рождения не поздравили, — вставила слово Настя, сестра Димы.
— Нет, сын, это не дело. – Серьезно сказал отец, — куда ты без нас? Мы тебе и поможем, если что и советом и так… да и чужой это тебе человек. Так нельзя. Не хорошо родных предавать.
А Дима лишь слушал. Слушал и чувствовал в себе борьбу. Хотелось высказать то, что копилось на протяжении нескольких лет. В школьные годы, пока не было ни денег, ни собственности, они все казались хорошими. Все хотели добра. Всегда помогали.
И лишь с появлением чего-то своего, все изменилось. Да и сам он изменился. Начал больше узнавать родных и с каждым новым уроком разочарование росло.
Но как им сказать. Ведь это родные люди. С ними прошла вся жизнь. Они вырастили. Они научили. Они жалели. Они ночами не спали. Они родители… а он сын. Сын, который должен заботиться.
Но при всем при этом, тяжесть и желание высказать уже давно жгло душу.
Молчание на собрании затянулось неприлично долго.
Дима сидел, повесив нос.
— И что он тебе пообещал? – спросила мать. – Вон нашему Игорьку тоже наобещал миллионы, а в итоге сам же и уволил спустя полгода. Чем же он тебя заманил?
— Ничем. – Тихо ответил Дима, — только сказал, что буду жить у них и смогу поступить.
— Будто живя у нас, не сможешь поступить.
— Там мне не придется платить за квартиру и покупать еду на всех.
— Вот оно что! — протянула мать, словно только что разрешила великую истину человечества, — вот значит, чем он тебя заманил. То-то, ты здесь платишь за всех. Мы тебя растили, обували, одевали. Ты рос как у Христа за пазухой, а теперь ты так поступаешь с нами?! Да нам старикам от тебя ничего не надо. Ох, же подлец этот Лешка. Вот чем значит, привлек нашего. А наш тоже лопух, уши развесил и верит всему что скажут. Помяни мое слово, если пойдешь к нему, то жить там будешь хуже раба.
— А здесь лучше что ли?
— Как ты смеешь так говорить?..
— Как никогда до этого, — взбунтовался Дима, — До свидания.

ПОНРАВИЛОСЬ? ПОДЕЛИТЕСЬ!

источник