Вы знали о том, что всё происходящее с нами во снах – реальность? Я тоже не знал. Скажу больше…

534

Я звал его Шариком

Вы знали о том, что всё происходящее с нами во снах – реальность? Я тоже не знал. Скажу больше, никогда в такое не поверил бы, не случись это со мной.
Однажды я увидел странный сон…
Впрочем, нет. Начать стоит с того, что в мой одиннадцатый день рождения в нашем доме появился Шарик.
Звали его по документам, конечно же, совсем не так, но щенок был таким кругленьким, особенно когда наестся каши с мясом, что для меня он навсегда останется именно Шариком.
Толстячком щенок был недолго, к трём месяцам ноги выросли, став непропорционально длинными, одно ухо встало, а другое немного провисало, только пытаясь подняться. Озорные карие глаза постоянно выискивали повод пошалить, а топот от его лап разносился барабанным боем по обоим этажам нашего старенького деревянного дома.
Из круглыша он превратился в подростка, каким и оставался до года.
Я честно ходил с ним на занятия к кинологу. Ведь Шарик был не просто домашним любимцем, он имел великолепных предков, внушительный сонм гордых восточно-европейских овчарок.
К полутора годам имя Шарик преобразилось в Шар и вовсе не потому, что пёс остался круглым, как в детстве. Маленький забавный щенок превратился в серьёзную собаку и имя как-то само собой поменялось. Крупный, больше похожий на волка, чем на овчарку, Шар внушал уважение одним только своим видом.
Надо заметить титулованные предки подарили нашему красавцу не только отличный экстерьер, но и выдающиеся способности. Дрессировка для него была чем-то вроде лягушатника в бассейне, где заставили плавать чемпиона мира. Даже опытный кинолог поражался сообразительности и способностям нашего Шарика.
Единственной проблемой были синяки на моих ногах. Мощный пёс, встречая меня, когда я приходил из школы, радостно вилял хвостом, а удары его, которые прилетали именно по ногам, оставляли красочные синяки на коже. За это я не смел винить друга, очень уж ярко в тот момент светились счастьем его глаза. Через минуту он вспоминал, что является серьёзной и воспитанной собакой, сдерживал себя, но влюблённого взгляда не отводил. Я был для него хозяином, другом, ребёнком, богом… единственным существом на всей планете, которого он обожал.
Спал Шарик всегда рядом с моей кроватью, поэтому немного обиделся, когда, спустя несколько лет, я отправил его за дверь.
Что поделать, я вырос, мне необходимо было личное пространство. Умный пёс быстро всё понял и, смирившись, стал укладываться у моей двери, куда я потом перенёс его лежанку.
Так он и жил у нас до той страшной ночи.
Весной мне исполнилось двадцать, а моему другу и секьюрити, соответственно, девять лет. Он молча ревновал меня к приходящим в гости девушкам и осуждающе вздыхал, когда я возвращался домой за полночь, не бросаясь навстречу, как в детстве, по-прежнему, хоть уже и очень осторожно, вилял хвостом, встречая у порога и провожая до моей комнаты.
В ту роковую ночь Шарик плакал. Вы не поверите, как человек. Крупные слёзы катились по его начинающей седеть морде, а глаза так смотрели на меня, что я не выдержал и впустил его к себе.
Казалось, именно этого он от меня и ждал, моментально успокоившись, пёс улёгся на коврик возле кровати, посмотрев с благодарностью.
Я потрепал его за ухом.
— Что, Шар, соскучился? Стареешь, брат, становишься сентиментальным. Ладно, спи сегодня у меня, но не привыкай, порядок есть порядок, твоё место не здесь.
В ответ он лизнул мне руку, давая понять, что мы договорились.
Лёг я в первом часу ночи.
Сон обрушился словно снежная лавина, почти моментально, укрыв целиком.
В этот раз он отличался от обычных часто посещавших меня сновидений.
С первых мгновений я почувствовал, что что-то не так. Какой-то мерзкий и липкий страх овладел всем моим существом, не смотря на то, что я понимал, где нахожусь, и знал, что это всё не по-настоящему.
Вот так выглядел мой сон, а точнее кошмар:
Странное место, похожее на наш двор, но мрачное и неуютное, дом покосился и выглядит нежилым. Иду, не понимая, зачем и куда. Буквально через секунду понимаю причину сковывающего меня панического страха: из-за дома медленно выходят два существа, не то животные, не то обросшие шерстью люди с жутким звериным оскалом. Словно наяву чувствую их неприятный запах и слышу прерывистое дыхание, переходящее в тихий угрожающий рык. Огромные клыки сверкают белизной, не заметить их невозможно, так как это единственное светлое пятно в окружающем меня пространстве. Один из них прыгает на меня. Не могу сказать, что неожиданно, я знал, что это произойдёт. Понимаю, что это конец, забывая, про нереальность происходящего.
В полёте его сбивает какое-то животное, оно рвёт чудовище зубами, разбрасывая в стороны клочки жёстких волос, покрывающих белозубого целиком. Соплеменник нападавшего кидается ему на помощь. Через мгновение три тела превращаются в огромный шар, из глубин которого доносится дикое рычание и лязганье зубов, который проносится у моих ног.
Я бросаюсь бежать. Ноги не слушаются.
Наверняка вы убегали во сне, тогда сможете понять меня. Кажется, что бежишь, но на самом деле не двигаешься даже на сантиметр.
Пошевелиться я сумел лишь тогда, когда шум за моей спиной стих.
Перед крыльцом дома лежат три тела. Кому принадлежат два из них, я знаю, трясясь от нервного возбуждения, приближаюсь и, переборов страх, смотрю на то, что от них осталось. Рваные раны покрывают трупы с головы до пят, горло у обоих разодрано, и чёрная кровь из них стекает, впитываясь в землю.
Третье существо намного меньше. Вздрагивающим холмиком оно лежит поодаль.
Только подойдя ближе, я понимаю, кем был мой спаситель.
— Шар, мальчик, ты откуда здесь, — упав на колени и глотая хлынувшие слёзы, отчаянно взвываю я, глядя на полуживого друга. – Шааар!
С этим криком я проснулся.
Летнее солнце раннее, поэтому, не смотря на то, что оно еще не взошло, небо уже посветлело, а птицы за окном звенели многоголосьем.
В ответ на мой возглас Шарик попытался подняться, но почему-то не смог и лишь тихонько скулил.
Я сразу даже не смог сообразить, что сон закончился, столько боли увидел в глазах моего друга. Не смотря на то, что видимых повреждений у Шарика не было, он почему-то не мог двигаться.
В ветеринарной клинике, куда мы с отцом его привезли, сказали, что у собаки какая-то очень редкая аномалия, сделавшая кости хрупкими, поэтому, не смотря на то, что снаружи не заметно, внутри наш пёс переломан, словно его долго били палками или по нему катались на машине.
При этом вначале глядели на нас так, будто мы какие-то звери, обидевшие ни в чём неповинное животное, но потом, поняв, что это не может быть правдой, объявили про хрупкие кости. Думаю, что доктора нас просто обманули, сами не поняв, откуда на рентгеновском снимке столько странных переломов и как с ними пёс до сих пор жив.
Мы забрали Шарика домой, а к вечеру он умер у меня на руках. Преданный друг смотрел на меня, не отрывая взгляда, до последнего вздоха, и только когда взгляд его стал гаснуть, он лизнул мне руку и, вздрогнув, затих.
Знаете, когда-то давно я читал, что сны реальны, и если вас во сне съедает тигр, то наяву вы можете и не проснуться. В последнее время я в это верю.
И хотя больше мне такие сны никогда не снились, я чувствую, что мой друг живёт где-то в мире грёз и случись мне там снова заблудиться, я буду под надёжной защитой.
Я звал его Шариком, он был моим другом и ангелом хранителем.

© Лана Лэнц

ПОНРАВИЛОСЬ? ПОДЕЛИТЕСЬ!

источник